• Где лучше отдыхать?

Дачная усадьба Щербины в Джанхоте

Известный русский ученый, историк Кубани, общественный деятель Фёдор Андреевич Щербина (1849-1936г.), скончавшийся в изгнании, будет перезахоронен в Краснодаре, в ограде Свято-Троицкого храма 16 сентября. Таково решение руководства края и Русской православной церкви.

Как и многие наши ровесники военного поколения, учившиеся в советской школе тридцатых годов, мы знали о революциях 1905 и 1917 г. и гражданской войне, но плохо представляли трагедии и жертвы тех жестоких лет. Поэтому даже кубанцам имя эмигранта Ф. Щербины и его заслуги перед Россией и Кубанью были незнакомы.

Геленджичане впервые узнали о нём в далеком 1964 году в только что открывшемся в Джанхоте литературно-мемориальном Доме-музее В. Г. Короленко. Его экспозиция тогда размещалась в трёх «гостевых» комнатах первого этажа (все остальные помещения были заняты начальной школой). Там, в музейной витрине мы впервые увидели фотопортрет Ф. Щербины и услышали это имя.

С 1964 по 1981 г. первым заведующим Домом-музеем Короленко был Пётр Захарович Гладкий. От него мы, первые посетители Дома-музея, узнали о Щербине как о первопоселенце и основателе дачного места Джанхот. Именно по его реконструкции здесь в 1898 году появились и к 1901 году уже построили семейную дачу братья Владимир и Илларион Короленко.

На вопрос, сохранилась ли дачная усадьба Щербины и где она находится, Пётр Захарович кратко сообщил, что теперь это — пионерлагерь «Строитель». Там как раз заканчивалось строительство пищеблока, поражавшего масштабом и типичной для тех лет невыразительной архитектурой. Строители были несколько удивлены тем, что главный архитектор города вместо пускового объекта — пищеблока интересуется какой-то старинной дачей, построенной ещё в конце XIX века. Однако показали её на северной окраине пионерлагеря.

Первое, что бросилось в глаза, — великолепное местоположение дачи в ландшафте: в полуверсте от моря, на правобережном склоне долины реки Хотецай, где к ней примыкает боковое ущелье, по которому Ф. Щербина ещё в 1892 году проложил первую дорогу от «Фальшивого Геленджика» до Джанхота, как он назвал своё дачное имение. Из материалов Дома-музея Короленко и от местных старожилов известно, что этот горный склон В. Короленко называл «щербиновским», а в местной топонимике боковое ущелье называется Щербинова щель, и проходящая по ней старая дорога тоже зовется «шербиновской».

Дача, построенная в 1893 году (115 лет назад), расположена на крутом залесенном склоне с учётом особенностей рельефа — с входами с разных уровней. Позднее этот же архитектурный приём использован при проектировании и строительстве дачи братьев Короленко. В этом можно убедиться, посетив их музеефицированную и реставрированную усадьбу.

Поскольку лагерь «Строитель» был сезонный, в этой даче летом жили пионервожатые и воспитатели, хотя дача имела и печное отопление. Известно, что Щербина с семьей жил здесь круглогодично в период своей второй ссылки (1903-1908г.) и позднее, работая над своим самым известным произведением «История Кубанского казачьего войска».

От дома Шербины вниз, к пионерлагерю вели пешеходные аллеи — «серпантины» с подпорными стенками и красивая парковая лестница. Внизу в ущелье сохранились и другие хозяйственные постройки щербиновской усадьбы, о которых еще предстоит рассказать. Но тогда, более сорока лет назад, невозможно было предвидеть, какие предстоят события, неузнаваемо исказившие архитектурный облик дачи Щербины. Её печальная история изучена краеведами и известна тем старожилам Джанхота, которые интересуются прошлым своего курортного хутора. Возможно, они что-то вспомнят или обнаружат старые фотографии, связанные с этим историческим зданием.

С 1920 года дачное место Джанхот стало именоваться хутором. Тогда же, после окончания гражданской войны и эмиграции Ф. Щербины, его имение, как и земли других дачевладельцев Геленджика и окрестностей, были национализированы. Многие из них использованы для курортных целей. В отдалённом, неблагоустроенном Джанхоте бывшие дачные усадьбы использовались под сезонные дома отдыха, пионерлагеря и убогие базы отдыха.

Что касается имения Щербины площадью 100-110 десятин (около 120 га), то большая его часть, занятая массивом сосны пицундской, вошла в состав земель Гослесфонда (Геленджикский лесхоз) и с 1976 года является частью ботанического заказника «Джанхотский бор сосны пицундской». Приморская часть имения в устье реки Хотецай перешла первоначально в пользование рыболовецкой артели (рыбколхоз), а в настоящее время хаотично застроена пляжными и торговыми объектами и гостиницами частных владельцев. Наиболее ценная часть бывшего имения Щербины, где сохранились элементы благоустройства и усадебные постройки конца XIX века, используется под сезонный детский оздоровительный лагерь, переименованный в «Малоземелец».

Особую страницу в истории бывшей щербиновской усадьбы занимает период Великой Отечественной войны. В дни боев за Новороссийск и освобождения Кубани в малонаселенном лесном хуторе Джанхот базировался военный инфекционный госпиталь. По воспоминаниям местной жительницы А. Галенко, работавшей в госпитале, в бывшей даче Щербины находилось отделение больных инфекционным гепатитом. Многие здесь умирали, и их хоронили здесь же, в парке, в братских могилах. Так в Щербиновской щели, вблизи сохранившихся усадебных построек Щербины возникло воинское захоронение с общим памятником. Позднее сюда же перезахоронили моряков с черноморского тральщика «Перванш», погибших в 1942 году при отходе из Новороссийска. Их могила, оформленная якорем, с гордой надписью «Слава Черноморскому флоту» перенесена сюда с морского берега. Эти воинские захоронения — тоже памятники нашей истории.

А бывшая дача Ф. Щербины — тоже памятник истории, непосредственно связанный с его жизнью и активной общественной деятельностью — подверглась жестоким злоключениям в застойные 70-е и последующие перестроечные 90-е годы 20 века. Послевоенный Джанхот — неблагоустроенный малонаселённый хутор, где не было ни школы, ни детсада. Вопрос размещения школы, как известно, был решён за счёт дома-музея В. Короленко, где она пребывала более 20 лет (1964-1986г.). А вопросы благоустройства и размещения детсада пришлось решать Н. Погодину, руководившему городом-курортом с 1967 по 1983 год. По его инициативе была проложена новая автодорога Дивноморское — Джанхот и далее на Прасковеевку, впервые благоустроены основные улицы хутора: Черноморская — на левом берегу и Лесной проспект — на правом, с привлечением долевого участия пользующихся ими пионерлагерей и баз отдыха. Также предполагалось всем миром построить и детсад, для которого уже был выбран земельный участок. Но хозяева сезонных лагерей и баз, работавших 3-4 месяца в году, не пожелали круглогодично заботиться о детях Джанхота. И тогда председатель горисполкома Н. Погодин приглядел добротный особнячок — бывшую дачу Щербины — и решил его переоборудовать под детсад. Позднее известный кубанский архивист и исследователь Г. Чугмай публично обвинял Н. Погодина, что «он умышленно разорил дачу Щербины с целью уничтожить его архив». Однако есть сведения, что Н. Погодиным при участии А. Колесниковой, директора Геленджикского музея, было организовано обследование дачи Щербины с привлечением криминалистов и фотографа. Цель — поиски тайника с рукописями Ф. Щербины. Если бы его нашли, это, несомненно, стало бы сенсацией в научном мире Кубани. Однако ничего не нашли. А, быть может, плохо искали? При любом результате этой краеведческой экспедиции он должен быть отражен хотя бы в форме отчета. Однако и его пока не обнаружили.

Сегодня, с точки зрения реальности XXI века, кроме отсутствия результатов той давней экспедиции было допущено две ошибки: само здание не было тогда же взято на учёт и охрану как первое здание постройки конца XIX века, то есть памятник истории. И второе: здание, изъятое у «Строителя», не стало собственностью города (по-современному — муниципальным), а передано на баланс профсоюзному дому отдыха, позднее — пансионату «Джанхот» для переоборудования под детсад. Попав в руки его руководителей, специалистов по дошкольному воспитанию и педиатров, бывшая дача была полностью перестроена с учётом санитарных требований к детскому учреждению, утратив не только первоначальную планировку, но и архитектурное решение. Был утрачен летний мезонин с балконом, замененный четырёхскатной крышей. Следствием использования бывшей дачи Щербины под детсад стала также его изоляция от соседней территории. Как результат, начали разрушаться и зарастать парковые аллеи и лестницы, соединявшие дачу с остальной территорией усадьбы, используемой под пионерлагерь. Так и существовали обособленно детсад «Ёлочка» и пионерлагерь до начала последней перестройки 90-х годов.

Этот памятный период конца XX века отмечен особым интересом к истории России и Кубани, историко-культурным ценностям, в том числе к ранее неизученным памятникам отечественной истории и архитектуры. В частности, это относится к творческому и недвижимому наследию Ф. Щербины и к возвращению его праха на Родину. В этот период удалось обследовать и взять на краевой учет джанхотскую усадьбу Ф. Щербины, принять участие в краевых и международных конференциях, посвященных его памяти. Впервые такая конференция прошла в Кубанском политехническом институте (ныне КТУ) в феврале 1984 года в связи со 145-летием со дня его рождения и 75-летием этого института, который основал Ф. Щербина в 1919 году. Там впервые были сделаны сообщения сотрудников Геленджикского музея: «Ф.Щербина в Геленджике» Л. Аничкиной и сообщение на тему «Усадьба Ф. Щербины в Джанхоте». Эти наши первые шаги в изучении наследия Щербины были в виде сообщений опубликованы в «Энциклопедическом словаре истории Кубани» в 1997 году. С тех пор выявлено немало нового по этой теме. В частности, в архиве БТИ обнаружен техпаспорт 60-х годов дачи Щербины, где зафиксирована его первоначальная планировка и конструкции. Это даёт возможность приблизительно воссоздать и его архитектуру. Только вряд ли это кого-то особенно интересует. Потому что за эти же годы шёл встречный процесс раздела собственности. В ходе реформ и преобразований 90-х годов профсоюзный пансионат «Джанхот» стал акционерным обществом, и кто-то из акционеров пожелал «прихватизировать» особнячок, занятый детсадом. Внутренним приказом вывели детсад (в связи «с предстоящим ремонтом»), а потом и вовсе прикрыли «Ёлочку». А здание уже приготовили к приватизации и приёму курортников.

К счастью, тут вмешались наши молодые депутаты-демократы. За период с 1992 года принято множество решений и постановлений краевого и местного уровня, издано приказов, собрано историко-научных материалов по наследию Щербины. А параллельно продолжает существовать памятник истории — дача Ф. Щербины, окончательно изуродованный перепланировкой и приспособлением под семейное общежитие бывшего пансионата «Джанхот», недавно проданного какой-то московской фирме. Создался узел трудно разрешимых проблем, в том числе проблемы людей, когда-то поселённых в наихудших жилищно-бытовых условиях, определённых статусом семейного общежития.

Автор: М. Осичева, архитектор-краевед.